Обычно утро у меня начиналось с того, что девица А-а пинала меня в ребро, засовывала свой носок мне в рот и шла потрошить холодильник. Меня это устраивало. Я могла еще бесконечно блаженных пять минут валяться в постели и досматривать эротический сон с золотыми босоножками в главной роли, пока на пол кухни в одну братскую могилу летели куриные яйца, банки с кизиловым джемом и котлеты.


Сегодня меня миновали пинки и носки. Я лежала в постели ребрами вверх, разметав волосы по подушке, с наслаждением изображая из себя дохлую лошадь, когда кто-то жестокий наступил мне двумя ногами на живот и спросил:
- Деавал?!


Уперев руки в боки, на меня смотрел потомок гуннов, и мучительную смерть всем дохлым лошадям на бис прорицали его немигающие глаза. Девица Александра сошла с моего живота, вздернула меня над кроватью двумя пальцами за ноздри и с размаху всадила в тапочки. Подгоняемая плетьми, я присоединилась к печальному каравану невольников в лице мадемуазели Зи-зи, которая в одной пижаме и с одним открытым глазом уже занималась раскопками на территории детской комнаты.
- Мама! - обрадовалась старшая дочь моему изможденному лику. - Мама! Скажи, ты видела ДЕАВАЛ?!


Мне потребовалось пять минут времени и триста тысяч вольт нервного напряжения, чтобы вернуть молекулы моего взорвавшегося мозга в пределы нашей вселенной. Память подсказала, что недавно мы с девицей Александрой были в книжном магазине. Я хотела ей там купить книжку, но наследнице мои хотения были глубоко ультрафиолетовы. Она нашла себе среди детской литературы развивающий набор магнитов, изображающих различные геометрические недоразумения. И моим педагогическим намерениям пришел полный амонашвили. Ибо девочка сорвала набор цветных магнитов со стойки, легла на него пузом, обняла со всех сторон и превентивно включила фонограмму подбитого истребителя. Продавцы готовы были подарить нам абсолютно весь ассортимент продукции, лишь бы мы скорее покинули магазин. Так в обнимку с набором "Евклидова геометрия для новорожденных" мы приехали домой, где ребенок приступил к научным изысканиям в области математики.

Упаковка кислотного цвета фигур была разорвана и холодильник в одно мгновенье стал напоминать псилоцибиновую галлюцинацию. Дитя, сурово сдвинув брови, показывало на разные объекты, а я и сестрица Зи-за дисциплинированно отвечали:

- Многоугольник!

- Гугога, – удовлетворенно кивала девица А-а и показывала следующую фигуру.

- Квадрат! – хором тянули мы.

- Гад-гад, – соглашались с нами, и тут же указательный пальчик перемещался в другой угол холодильника.

- Овал! – мы с мадемуазелью Зи-зи уже вошли во вкус.

Девица Александра опустилась перед холодильником на колени, прижалась щекой к его дверце и счастливо прошептала:

- Авал!

Весь остаток дня девица побуждала нас каждые 10 минут бегать к холодильнику. Там девица показывала на зелененькую фигуру и с придыханием повторяла “Авал!” на что презренные рабы должны были пасть ниц со словами “Воистину Авал!”. Утомленные этим занятием, спать все легли рано. Во сне Александра чему-то таинственно улыбалась. А утром семью постигла моральная катастрофа. Овал с дверцы холодильника исчез.



Горе начинающего математика было безутешным. Слезы размером с баскетбольный мяч катились по лицу девицы Александры, отскакивали от пола и соленой коростой высыхали на стенах. Не было ни одного человека на нашем стояке, кто остался бы равнодушным к потере. Соседи в знак солидарности стучали по батарее, вероятно, им тоже было горько слышать эти душераздирающие рыдания в половине пятого утра. Первой к месту происшествия подтянулась сестра девицы Александры и принялась искать пропажу. Обыскав кухню квадрат за квадратом, мадемуазель Зи-зи обследовала коридор, прихожую и уже приступила к разработке месторождения игрушек в своей комнате, когда ей в помощь пригнали меня.



Вместе мы обыскали всю квартиру и вновь вернулись к начальной точке возле холодильника.

- Де авал? – грозно повторила вопрос девица А-а.

Мы стояли с Зи-зи плечом к плечу, виновато рассматривая кроличьи какашки на полу, и тут меня осенило:

- А где кролик?

В ответ за холодильником что-то пукнуло, холодильник вздрогнул, и наступила полная тишина. Пришлось взять в руки швабру и добыть пушного зверя из норы, которую тот устроил себе между стеной и холодильником. Животное испуганно косило глазом и лихорадочно что-то пыталось проглотить. Что-то неопределенно зеленого цвета и потенциально похожей на овал формы.



Глаза у девицы Александры сделались в два раза больше, чем когда она сидит на горшке. Она трясущимся пальчиком указала на кролика и, с негодованием расставляя восклицательные знаки после каждого слова, произнесла капслоком:

- ЗЯЙ! АВАЛ! АМ!!!

Произнесено это было с такой интонацией, что кролик был обязан сам аккуратно снять с себя шкурку, повесить ее в шкаф, вынуть себе печень, обвалять в муке, обжарить на сливочном масле и преподнести на блюдечке девице Александре. Но кролика на понт не возьмешь. Декоративная тварь пнула меня двумя ногами в живот, вырвалась на свободу и вальяжно поскакала к дверце холодильника. Где с циничным видом встала на задние лапы и потянулась зубами к леденцово-красному квадрату…

- Интересно, а магнит он тоже проглотил? – протянула изумленная Зи-зи.

- Можно проверить. Если он сейчас прилипнет к холодильнику, значит, да.

- Зато теперь какашки легко будет собирать. У меня есть большой магнит…

- ЗЯЙ! АВАЛ! АМ!!! – вернулась девица А-а к началу разговора.

- Да, – согласилась Зи-зи. Зая – редкий гад.

- Гад-гад? – недоверчиво протянула девица..

- Гад, гад. - успокоила ее сестра. Хоть бы записку оставил “ Это я съел овал. Извините. Ваш Кролик” А так… Мам, как называется тот, кто не подписывается под гадостями?

- Аноним, наверное.

- Вот, Саша. У нас под столом живет кролик-аноним.



Теперь в нашей семье мир, покой и порядок. Только каждый десять минут девица А-а взмахом зовущей длани поднимает домочадцев с насиженных мест и ведет в кухню, где показывает на заключенного в клетке кролика.

- ЗЯЙ! АВАЛ! АМ! – напыщенно произносит девица.

- Гад-гад! – заученно отвечаем мы и снова возвращаемся к своим делам.