Карпаты-Карпаты-Карпаты! Я теперь влюблена в эти горы, реки, домики с лужайками, стога сена, цветастых петухов в высокой траве, меланхоличных овец за живой изгородью. Я готова расцеловать каждую корову, удивленно роняющую жвачку от вида моих густо унавоженых босоножек на шпильках. Я горю желанием обнять каждого жителя прикарпатского городка, в котором мне удалось почувствовать всем нутром значение украинского слова "ФАЙНО!"
***
На троицу бледных крымчан пассажиры поезда "Симферополь - Черновцы" смотрели подозрительно. Все население вагона щеголяло ровным загаром и западноукраинским выговором, и явно возвращалось с отдыха на черноморском побережье. Мое замученное нарзаном лицо, ехидная рожа девицы Александры и одухотворенный лик моей свекрови, которой через неделю предстояло приобрести к статусу приставку "экс- " контрастно выделялись на фоне загорелых ног и немытых стен плацкартного беспересадочного вагона. ( многа букаф и превою. очень много! )

Я с детства ненавидела родительские собрания. Родители с них приходили хмурые, долго совещались о чем-то на кухне, а после сообщали, чтобы я на завтра портфель не собирала.
- Все, Котя. Больше ты в школу не ходишь.
На этом месте мне хотелось подпрыгнуть, расцеловать родителей и тут же отправиться собирать рюкзак на Северный полюс, но здравый смысл требовал от меня других действий. Мне следовало прикрыть ладошкой рот, распахнуть глаза, подпустить слезы и как можно более жалобно проблеять:
- Но как же я буду жить без аттестата?
Слово "аттестат" я выучила еще в первом классе. Учительница первая моя, Тамармихална, любила повторять "С таким поведением, Котя, в Нашей Школе ты до аттестата не доживешь". Наверное, она имела в виду мое отчисление, но детское воображение рисовало страшные картины преждевременной кончины школьницы, у которой еще даже аттестат не вырос.
На мою патетику родители довольно улыбались и запрограммированно отвечали:
- Как-как... Будешь коз пасти!
Они знали, чем меня испугать. Однажды я позавидовала чеченскому мальчику, который в 9 лет не ходил в школу и вместо этого пас коз. И одним прекрасным утром я к нему присоединилась, прогуляв школу. И мы бы отлично провели время на зеленой лужайке среди одуванчиков и козьих какашек, если бы в стаде не оказалось козла. Этот козел невзлюбил меня с самого начала. Когда я пыталась поделиться куском булки с козлятами, он налетел на меня, расшвырял рогами козлят и чуть не оттяпал мне полруки вместе с моим школьным завтраком. А когда булка кончилась, злобная тварь гоняла меня по всей лужайке, пока я не залезла на дерево. Слезть было проблематично, ибо чудовище стало чесать об дерево рога, да так, что к полудню от ствола остался лишь набор щепок. Юный пастух не спешил мне на помощь - не каждый день так развлечешься на работе. Мое потрясение было так велико, что меня даже не наказали за прогул, когда я вернулась с повинной на закате.

В общем, чтобы доучиться до пресловутого аттестата у меня была мощная мотивация. После каждого замечания в дневнике, типа "Невозможно заткнуть рот, пропиздела всю математику" на переферии сознания начинали маячить зловонные рога и я бралась за ум. Хватало ума не на долго, но с учетом того, что в одной школе я больше, чем на три года не задерживалась, в последней школе мне-таки выдали аттестат. Обещали еще и медаль, но в стране было туго с металлами.

Благодаря аттестату, я поступила в университет, а оттуда удачно вышла замуж, отчего у меня приключились дети. Поэтому я очень остро реагирую на реплики моего мужа, который утверждает, что нашей дочери аттестат, мол, не нужен. Каждый вечер после того, как ребенок именем такой-то матери сделал уроки, супруг отпаивает меня на кухне валерьянкой и успокаивает:
- Котя! Зачем нашей дочери учиться? Замуж! Еще чуть-чуть потерпеть осталось.
- Она в ЗАГСе расписаться не сможет. И-и-иии! - Рыдаю я.
- Ничего, поставит напротив своей фамилии крест.
- На моей могиле она раньше крест поставит! Она шесть часов списывала с букваря три предложения и сделала в них восемнадцать ошибок. И-ииии!!
- Это ничего. Зато она человек хороший. Зачем хорошему человеку аттестат?
- Ее же даже в ПЭТЭУ не возьмут! А она хочет стать зубным техником, ветеринаром и балериной.
- Ну, думаю, тогда надо объяснить учителям, что в балетном ПТУ ей не нужен красивый почерк.

Да. Объяснять пойдет муж. Потому что сегодня родительское собрание. Ненавижу родительские собрания. А еще хочу себе дубленку из козла. Чтобы отомстить козлам за поруганную детскую мечту.

-- Кто это там? В зеленовом берете?
- Моя сестра!
- Не знал, что ты сестрат! (с)


Вообще, Котя имеет много претензий к науке генетике. Отчего это, например, у одних и тех же родителей (котиных, естественно) есть двое детей столь отличных друг от друга? Котя, между прочим, родилась на восемь лет раньше! И недоумевает, почему этот полезный дивайс, который некоторым позволяет отливать стоя, достался не ей, а ее брату? Это во-первых.

А во-вторых, как-то обидно старшей сестре с ветерком сновать под мышкой у младшего брата, который в неполные 14 лет был на голову выше папы, на две выше Коти и на три выше мамы. Итого, получается шесть. Крыть это Коте было нечем. Кроме мата. Но при родителях матом было нельзя, а без родителей все равно не получалось. Поскольку брат с младенчества обладал характером особо мерзким и вид котиных страданий вызывал в его маленьком сердечке пароксизмы счастья.

Однажды Котя за уроками опрометчиво поросила брата не шуметь и говорить шепотом. Юный разведчик моментально побежал докладывать командованию, что его только что назвали Жопотом, для убедительности размазывая сопли по стенам. В тот раз родителей пробило на "хи-хи" и шоу "Не виноватая я, он сам дурак!" не получилось. Поэтому чудище о трех годах вернулось к Коте и загрустило.

- Котя. Купи мне мавоженава.
- Мама сказала - тебе мороженого нельзя.
- Купи. А то я во двойе скажу вебятам, что ты насиськин носишь. ( сходите, отлейте. там до фига читать! )

Вот со мной так часто бывает. Начинаешь писать об одном, а потом мысль за мысль цепляется и в таком непристойном виде они вдвоем бродят по организму, пугая пьяным хохотом окружающих. Да, от меня на улице люди шарахаются: идут себе прохожие, никого не трогают. А тут из-за угла да навстречу им блондинка в шапке набекрень. Глаза у нее прозрачные и смотрят мимо всего, нос красный, в каждой ноздре по сосульке, зубы и рады бы попасть друг на дружку, но все время промахиваются. И вот идет это создание и похохатывает. А это Котя. Идет и обдумывает, как это она красочно свое настоящее состояние в ЖЖ будет описывать. И так ей смешно, что прямо аж в туалет хочется, как смешно. Идет она, значит, по центральной улице, люди вокруг к стенкам прижимаются, телефоны судорожно сжимают, кошельки роняют, детей за спину прячут. Где Котя рукой махнет - там улица образуется. А где ресницами дрогнет - там площадь. На проспекте пробки, понятное дело, тройная авария на перекрестке: запорожец столкнулся с подводной лодкой, на которую самолет упал. Постовые с ног сбиваются, светофоры перегорают, продавцы за витринами торопятся выручку проглотить... Давятся... Плачут...

А Котя ничего этого не видит. Она вся в себе сейчас. Она правую сосульку свою левым глазом рассматривает и смеется. Потому что это так смешно, когда левый глаз к носу подъезжает. Котя когда такое у кого видит - каждый раз смеется. Последний раз давно, правда, смеялась. Над учительницей географии. Эта самая учительница на Котю смотрела и к доске вызывала. Котя только поднялась, чтоб ответить, а географичка как рявкнет:
- Сидеть!
- Так вы ж вызывали!
- Не тебя, а Пасочкина.
А Пасочкин сидел за первой партой. Через ряд от Коти. А Котя на последней. Чтобы спокойно записки от одноклассников прочитать и рассортировать по степени безграмотности. Котя сколько себя помнила, поражалась, как можно любовную записку без словаря писать? И стихи-то какие - убогие:
"Розы вянут от мороза, розы вянут от жары
Я Васятка, я не роза, но завяну от любви! "
Пушкины, блин!

Исправив ошибки, гордая отличница рассылала записки обратно. С убийственными комментариями. В результате, к концу четверти поток записок иссяк. Зато желающие списать контрольную выстроились стройными рядами в очередь к котиной парте. Котя, конечно, немного страдала, что никто из отвергнутых не убил себя, как обещал, но потом развеселилась и поставила ряды несостоявшихся самоубийц на коммерческую основу. Половина класса дежурила в ее очередь – бедолаги мыли полы в классе, макая тряпку в вонючее ведро с кровавой надписью «ХОЗ». Другая половина, прекрасная, Котю кормила, поила и ублажала журналами для взрослых, потому что записки перестали оседать на одной парте, а равномерно распределялись по пеналам одноклассниц. Котя за этим строго следила. Везде был Коте почет. Везде уважение. Только географичка Котю не любила.

Потому что сидела так Котя, никого не трогала. Записки читала, пока географичка Алла Ивановна на Пасочкина смотрела. Одна записка Коте особенно понравилась:

Котя, Котя, Котерина!
Моя пуховая перина!
Моя подушка и кровать,
Моим дитям - ядрена мать.
=Шурик=.

Представив себя ядреной матерью пятерых розовощеких пуховых шуриковичей, Котя начала давиться собственным остроумием и вытирать слезы счастья соседкой по парте. В это время взгляд географички лазерным прицелом грел междуглазие Пасочкина, который занервничал и стал проситься в туалет.
- Сидеть!!! - заорала учительница, бросив злобный взгляд на Котю.
Котя подпрыгнула, сделала пируэт в воздухе, трижды поплевала через левое плечо и приземлившись на задницу ответила:
- Я и так сижу.
- Пасочкин! - продолжала сверлить Котю взглядом Алла Ивановна. - Я твои фокусы знаю: выйдешь в туалет, а потом тебя директор за ухо приведет прокуренного в хлам. Нет уж, сиди, мне премия еще понадобится после таких дебилов, как ты, сердце лечить!

Во время этой тирады у Коти началось раздвоение личности.
- Юлька! Скажи, Ивановна со мной разговаривает, или с Петрухой?- уголком рта спросила Котя соседку по парте.
- Конечно, с тобой, - ухмыльнулась Юлька.
- А почему она меня Пасочкиным называет? - не отрывая взгляда от взъяренной училки, поинтересовалась Котя.
- А ты себя давно в зеркале видела?

Котя воспользовалась моментом, когда взгляд Аллы Ивановны прочно приклеился к Пасочкину и достала из пенала зеркальце.
- Нет, ты еще помадой губы накрась! - возмутилась географичка в лицо Пасочкину. Петруха икнул и стал неудержимо краснеть. Класс заржал. - Ну вообще обнаглели! На уроки ходят в чулках, бижутерии, килограмм косметики на лице. Завтра чтоб родители пришли!
- Мои?! - захлопал веками Пасочкин. Голос его стал влажным от грядущих рыданий.
- Да уже беги в свой туалет, а то по ногам сейчас потечет! - заявила географичка Коте. Котя вспыхнула, вскочила и собиралась что-то ответить, но тут ее осенило...
- Юлька! А Ивановна-то косая. Отвались моя "химия", если у нее в глазах не двоится.
- О! Классно! Можно на географию через раз ходить - она будет думать, что нас за партой двое!
- Интересно, а в журнале у нее тоже все фамилии по две?
- Да. И она считает, что у нас класс близнецов.
- Однояйцовых.
- А так же двухъяйцовых и безъяйцовых!
- Представляешь, как зато ей в семейной жизни повезло!
- Ага, ага, она мужу омлетик, а потом пеньюар нацепит и кокетничает: по одному, по одному, не все сразу...

И две не особенно половозрелые барышни счастливо засмеялись. В это время из туалета попытался вернуться Пасочкин, но в дверях не него налетела Алла Ивановна, ломающая косяки своим нескладным телом. Глаза ее напоминали великие канадские озера в половодье. Кажется, она собиралась плакать. Пасочкин проводил ее взглядом, пожал плечами, стрельнул сигарету и ушел курить.

@@@

На стене в кабинете директора висели часы. Стрелки сложились изображением виселицы в тот момент, когда директор обратил внимание на двух школьниц, скукожившихся на стульях в самом дальнем углу. Директор встал, подвинул вазу с сухостоем на телевизоре, заложил руки за спину и заговорил так, как будто завершал давно начатую беседу:
- А как специалист Алла Ивановна работает в нашей школе недавно. До этого она лежала, прикованная к постели. Еще раньше она работала в нефтеразведывающей экспедиции. И однажды после взрыва газа на буровой вынесла из пожара своего мужа. Он бросил ее, когда она лечилась от последствий контузии в больнице. И еще. У инвалидов по зрению, как правило, очень. Я повторяю: очень хороший слух. Можете вернуться в класс.

@@@

После этой истории Котя с Юлькой перестали зубоскалить. На время. Целых три урока они ходили о чем-то размышляя, а после звонка на четвертую перемену, попросили знакомых старшеклассников отобрать сигареты у Пасочкина. И если будет за что- отлупить. И хорошее настроение к ним вернулось. А Алла Ивановна - нет. Через неделю в школе появилась молоденькая учительница, улыбчивая и спокойная, которая в конце учебного года ,так же спокойно улыбаясь, ушла в декретный отпуск.

@@@

А вообще я хотела рассказать, как Котя шла по улице, когда вот так похохатывала и увидела стопер с надписью


«Вот, откуда Баунти-то берется», - подумала Котя, с облегчением покидая кафельное заведение. Счастливо так подумала!

Авторская ремарка номер 2.

Может, вам было лет семь или девять, когда вы научились висеть на турнике вниз головой. Помните еще, как это делается? Можем повторить прямо сейчас! Закидываем обе сандалии на железную перекладину, сгибаем ноги в коленях, прогибаемся назад и только теперь разжимаем пальцы. И уже руки колышутся ветром, а пупок смотрит в мир, который изменился настолько, что волосы становятся дыбом. И страшная соседка, спешащая в нашу сторону со здоровым ковром в одной руке и болезненным мужем для выбивания здоровых ковров в другой, становится нестрашной. Потому что в новом мире ее перекошенное человеколюбием лицо выпадает из поля зрения... А вот усатые ноги в тапочках с узором из раздавленных тараканов на подошве начинают нагло бросаться в глаза. И такая переоценка ценностей вдруг на нас наступает! Как на рождественской распродаже!

Учебники истории, кстати, пестрят примерами того, как некоторые господа, желая почувствовать то же, что только что пережили мы с вами, пыталсь перевернуть мир. Вы помните, с какими результатами: Земля до сих пор вращает их прах по часовой стрелке. Или против часовой - это смотря с какого полюса смотреть.

Путешествия - вот еще прекрасный способ перевернуть мир относительно себя. Представляю вам благообразную пару из Германии: восьмидесятилетнего журналиста и бывшую учительницу . Эти двое хорошо потрудились, чтобы на честно заработанную пенсию объехать весь свет. По страному стечению обстоятельств, на пути из Хайдельберга в Хайдельберг им попался источник с целебной водой неподалеку от того места, где автор завязывал шнурки. К бетонной чаше родника была намертво прикомандирована железная кружка. Гиды объясняли иностранным туристам, что этот мемориальный комплекс посвящен теме гражданских свобод. "Кружка, - поясняла экскурсовод - аллегория стремления человека заполнить свой экзистенциальный вакуум, вода - сокровища мировой и общечеловеческой культуры, стенки бетонной чаши представляют собой железный занавес, а слишком короткая, чтобы наполнить кружку цепь, несомненно, символизирует... что, простите? Нет, это не "символ мира гадит в экзитенциальный вакуум", голуби композицией не предусмотрены. Три минуты на фотографии и в конце дорожки нас ждет живописное деревянное строение времен..."

Все дисциплинированные туристы дружно щелкнули затворами и потрусили дальше, а наши недавние знакомцы - пожилые герр и фрау - возжелали к чудесному источнику припасть. Разумеется, им и в голову не пришло использовать для утоления жажды мемориальный экспонат, охраняемый цепью. Повертев одинаковыми короткостриженными головами, парочка с радостью обнаружила неподалеку человека, сжимающего в заскорузлой руке одноразовый пластиковый стаканчик.
- О! Продавец одноразовых пластиковых стаканчиков! - обрадовались заграничные пенсионеры.
- О! Забугорные лохи - оживился первому клиенту Толяша.
- Сколько стоит? - спросила у Толяши фрау на трех языках.
- На протез собираю. Зубной. Помогите инвалиду - дважды кивнул Толяша.
- Это столько? - спросил герр, показывая мелкую купюру.
- И детям на протезы, - подпустил слезу в голос Толяша, протягивая стаканчик.
Окаянный кащей стакан забрал, деньги в руку, доящую воздух, вложил и направился к роднику.
- Обокрал, сука! - сплюнул Толяша, себе в бороду и с головй погрузился в мусорную урну в поисках подходящей посуды.

Пожилая фрау именно в эту секунду обернулась, чтобы проверить, не забыл ли ее муж сдачу. Пытаться описать степень ее потрясения - все равно, что фехтовать вареными макаронами. Автор в этот ключевой момент справился со шнурками и подошел к престарелому журналисту с просьбой не наполнять экзистенщиальный вакуум сомнительного происхождения общечеловеческим сокровищем. И предложил купить бутилированное мировое наследие в киоске неподалеку.

Значит, сказала Котя свое первое слово и сама на себя удивляется. И от удивления начинается у нее неконтролируемый поток речи.
- Ик! Ик! Ик!
А вокруг все заворочалось, заколыхалось. Мотор застучал быстрей, шарниры скрипнули, аварийное освещение зажглось, центральная трансляция сигналов тревоги началась:
- Коль, а Коль! Проснись! Ну же, Колокольчик! Р-р-р-рота! Подъем!!!
- А? Что? Уже?!
- Слушай, чего это оно, а?
- А что с ним? Шевелится?
- Да как-то странно шевелится. Ритмично.
- Может, зарядку делает?
- Строем, блин, ходит! Да ты ухо приложи, послушай!

В это время Котя вошла в раж и выходить из него не собиралась. Каждое сокращение котиной диафрагмы выстреливало ее руки и ноги в разные стороны, точно спицы автоматического зонта. Котя еще никогда не видела автоматических зонтов. Но спустя годы, обнаружив это чудовищное создание инженерной мысли у себя над головой, сразу вспомнила свои ранние ощущения и отреагировала соответственно:
- ИК!

Вообще, места для упражнения в риторике было в окружающей среде маловато. Да еще появилась какая-то выпуклость на поверхности идеального котиного мира. Чтобы восстановить гармонию, Котя прицелилась и с размаху двинула в выпуклость пяткой.

- Ай! Оно мне в ухо заехало! – удивился котин папа.
- Никакого уважения к родителям, - начала укорять Котю мама.
- Ф-ик! – ответила на это Котя. Ей было приятно, что она уже полноправный участник беседы.
- По-моему, это оно икает, - догадался котин папа.
- И как это прекратить? - котина мама всегда предпочитала теории практику.
- Водички дать… Или напугать. Чем -нибудь!
И родители задумались, каким бы таким способом напугать Котю, не нанеся при этом психической травмы беременной женщине. Причем котин папа задумался так крепко, что могучий храп его мысли был слышен даже из-под подушки, которую положила ему на лицо котина мама.

И тут Котя ощутила нечто странное. Нечто такое, что ей совсем не понравилось. Все стало с ног на голову. Незыблемые законы вселенной полетели псу под хвост. Котина задница вдруг стала непередаваемо легкой на подъем и воздушным шариком потянула Котю за собой. Чтобы не потерять чувства реальности Котя вцепилась руками в пятки и спрятала голову между колен. В таком положении было уже не до ораторского мастерства. «Молчание – золото», - подумала Котя, давая себе обет молчания до скончания эры.

- Колокольчик! У нас получилось! - взвизгнула радостно котина мама. Котин папа откинул подушку с лица, увидел перевернутый силуэт котиной мамы у противоположной кровати стены и потрясенно сказал:
- ИК!!!

(: Продолжение следует :)

НАЧАЛО, если кто забыл чего:))

Проснулась Котя от внезапно наступившей тишины. Нет, постоянные звуки, всегда окружавшие Котю, никуда не делись: все так же ровно стучал мотор на холостом ходу, привычно побулькивали и посвистывали шланги топливной и выхлопной систем. Отсутствие вибрации и скрипа ходовой, а так же полный мрак вокруг указывали на то, что наступило время подзарядки аккумуляторов. В любой другой раз Котя свернулась бы калачиком и в свою очередь предалась сладким грезам, но ныне сон не шел.

Выспалась! И чем теперь прикажете заняться? Котя прислушалась к себе. Огурцов не хотелось. От мела у нее так вытянулись руки и ноги, что о былой компактности приходилось только вспоминать. И если длинными ногами можно было эффективно добывать лишнюю дозу кислорода и выключать трансляцию «политического обозрения», то найти применение отросшим рукам оказалось гораздо сложнее. А места они занимали много.

Котя резко выпрямила верхнюю конечность перед собой. То есть это она полагала, что перед собой, потому что темно было – хоть глаз выколи. Рука упруго отскочила от границы вселенной и попала Коте в ноздрю.
- Ик! –весомо произнесла Котя.

АВТОРСКАЯ РЕМАРКА №1

Да! Да, дорогие читатели! Не «мама», не «папа», и даже не «бля-бля-бля» было котиным первым словом. Если вы потрудитесь вспомнить свое детство, то убедитесь, что родители всегда склонны недооценивать умственные способности своих младенцев и преувеличивать достоинства чужих. Не далее как вчера утром автор этих строк повстречал щебечущих посреди тротуара мамочек с двумя очаровательными колясками.
- Ой, какая у тебя принцесса! Это чьи такие щечки? Это чьи такие ручки? Ай, отдай тетины часики! Отдай! Какие цепкие пальчики! А мой сын такой рохля, ну совершенно никакой жизненной хватки! Доктор сказал нам тренировать хватательный рефлекс, отбирая у ребенка погремушку. Мы уже и бутылочку, и пульт от телевизора, и его любимую игрушку - бабушкину вставную челюсть пытались отнимать. Никакого эффекта! Он безропотно разжимает пальчики и улыбается. Что из него вырастет?
- Зато аппетит у твоего хороший – вон, аж коляска проседает! А моя совершенно ничего не ест. Вообще отказывается от пюре из тыквы со шпинатом. Нам свекровь целый ящик подарила сразу, как только узнала, что я беременна. Теперь приходит каждый день и пересчитывает банки. Я уже и с грудным молоком это пюре мешала и горчицы клала, - дочка выплевывает. Ума не приложу, что делать! Не выкидывать же? Пюре, я имею в виду.

За болтовней родительницы совершенно перестали обращать внимания на содержимое своих колясок, чем содержимое не преминуло воспользоваться. Чтобы завязать беседу, пухлый малыш в синем комбинезоне показал незнакомке из соседней коляски пару крепких нижних зубов. Прелестница мило покраснела и смущенно засунула в рот кулак.
- Пообедаем вместе? - протянул юный джентльмен еще теплую, только початую бутылочку с кашей.
- Вы такой милый! - бросила чаровница погремушку.

Возвращая опустевшую бутылочку четвертью часа спустя, дама потребовала вернуть ее имущество.
- Разрешите, я оставлю вашу безделушку себе? На память о нашей встрече? – спросил пылкий юноша, не разжимая десен.
- Но что скажут мои родители? Это семейная реликвия! Ее подарила моей маме мама моего отца! - ответила леди, поменяв погремушку во рту собеседника на свой кулак.
- О! Что же докажет мне, что наше свидание не было сном? – влюбленный еще крепче сжал челюсти.
- Вот эта отметина на Вашем челе будет знаком того, что все было на самом деле, - эта фраза врезалась юноше в голову вместе с погремушкой. И оба горько зарыдали, предчувствуя скорую разлуку.
Мамаши, застав только финал драмы, конечно же, сделали неправильные выводы:
- Он ее укусил! – взвизгнула первая
- Она ему голову пробила! - чуть не потеряла сознание вторая. И коляски, разбрызгивая грязь, понеслись прочь друг от друга, разлучая два любящих сердца, возможно, навсегда…

На этом месте автор, наконец, справился со шнурками кроссовок и продолжил свой путь.

=продолжение следует=

По деревенским меркам родители Коти совершили чудовищный мезальянс. Большеглазая блондинка, юная фельдшерица, надежда папы- водителя рейсового автобуса и гордость мамы - женщины устойчивых нравов и тяжелой руки, положила свой большой голубой глаз на котиного будущего папу. Хотя котин папа - пятый в очереди из семи наследников фамильного хлева - утверждает, что все было наоборот. Что это он первый заприметил упругие, крепкие и аппетитно выпуклые глаза котиной мамы еще на уроках физкультуры в сельской школе.

Теперь, конечно, трудно найти виновных в том, что нежная селянка целых два года ходила в совхозный клуб одна. Потому что сестра ее младшая посещала культурные мероприятия под ручку с уже мужем, а подруг у котиной мамы практически не осталось. Какая может быть дружба, когда первая (и единственная) гитара на деревне строчит малохольной медичке письма белым стихом на восьми портянках из мест прохождения срочной службы? Такое в селе не прощают!

Поэтому мезальянс состоялся без лишнего шума и даже свидетелей. Двадцать девятого февраля старший сержант запаса и заведующая фельдшерско-акушерским пунктом села Правобережное тихонько просунули свои паспорта в приоткрытую дверь сельсовета. Двадцатиминутное ожидание на морозе вознаградилось новой корочкой, в которой голубым по розовому акт гражданского состояния был зарегистрирован.

Не теряя времени, ячейка общества отправилась исполнять свой долг по созданию новых граждан, в чем преуспела даже быстрее, чем ожидала. Первого марта на большой железной кровати состоялся судьбоносный диалог:

- Колокольчик, я знаю, ты будешь рад. Мы беременны.
- Не может быть! Когда мы успели?! И где?
- Получается, что на Рождество. Под елкой у твоих родителей.
- Но как?!
- Помнишь, ты сказал, что с первого раза у женщины детей не бывает?
- Ну!
- Я проверила по справочнику. Это ты с оргазмом перепутал.
- Ядрено семя!
- То есть ты рад?

Котин папа посмотрел в глаза котиной маме. И соврал.
Так большая любовь и маленькая ложь принесли этому миру Котю.

То есть принесли не сразу, конечно. Доставка – это вообще больное место любого предприятия. Начальник небесного транспортного цеха распорядился выдать Котю родителям на руки не раньше, чем через сорок недель, а до того момента котина мама поступала в полное распоряжение странного пассажира, мягко разместившегося в ее теле.

Первое время пассажир особых хлопот не доставлял. Изредка просил соленых огурцов и мела. По прошествии нескольких недель существо осознало возможность управлять своим транспортным средством и стало совершенствовать водительские навыки. Со временем котина мама поняла, что сопротивляться прихотям беспокойного клиента – себе дороже и стала выключать телевизор и выходить на свежий воздух, не дожидаясь ударов по почкам и в печень.

Тем временем будущий молодой отец изыскивал возможности расширить ареал своего обитания. Оставив юную жену в деревне зарабатывать себе декретный отпуск, котин папа уехал в Город учиться на прапорщика. Кому-то его поведение может показаться бегством от реальности. Но котина мама таких слов еще не знала, поэтому ждала своего Колокольчика каждое воскресенье со сладким ознобом между лопаток.

Лето постепенно остывало, и в одно из воскресений место сладкого озноба заняла азартная дрожь. Известие о том, что котиному папе дают квартиру по мету прохождения службы, хлопнуло стартовым пистолетом над ухом котиной мамы. С неловкой грацией женщина стремительно погрузилась в бестолковые сборы, поиск машины, прощание с родителями, а вокруг нее воронкой вращались хлопающие двери, возбужденные голоса, отдавленные ноги, забытые перчатки и обиженные кошки.

Котя, о которой еще не было известно, что это именно она, решила, во что бы то ни стало, пережить внезапный кошмар с минимальными потерями. Будучи весьма неглупым семимесячным плодом, она обмоталась пуповиной и, скрестив на груди руки с ногами, решила ближайшую вечность провести в глубокой медитации. С этими мыслями она и заснула под надрывный гул мотора старенького ЗИЛа, везущего котину семью витиеватой горной дорогой в новую жизнь.

=продолжение следует=

Внимательные читатели котиного журнала прекрасно знают, что в детстве Котя хотела стать швеей.. Эпизодически. Сначала - швеей, потом пожарником. А после того, как котина мама потушила подоконник и рассказала Коте о грючих свойсвтах масляной краски - художником. Потому что пожарником быть не интересно. Они, оказывается, эти пожары тушат, а не наоборот.

Масляные краски в виду пожароопасности Коте, опять же, не дали. Дали сухую акварель, которую надо было размазывать по бугристой бумаге, поплевывая на кисточку. Поджечь эти разноцветные брекетики тоже не получалось, так что никакого удовольствия Котя от изобразительного искусства не получила. Поэтому снова взялась за иглу.

@@@

Значит, шила она платья. Куклам. Это очень просто: берешь квадратный кусок ткани. Складываешь пополам. А потом еще раз складываешь вдоль. Прорезаешь дырку на сгибе ткани, разворачиваешь: получается симпатичная жилетка. Если кусок ткани был прямоугольным - это уже халат. Жилетку можно надеть задом наперед, сверху натянуть халат и подпоясать это все кокетливым шарфиком. Получится выходной костюм или даже бальное платье. Впрочем, котина дерзкая дизайнерская мысль не ограничивалась платьями. Поскольку можно было прорезать в круглом лоскуте ткани две дырки и опять же подпоясать кокетливым шарфиком, чтобы получились трусы. Так что две дырки - это был основной элемент выкройки в котиной линии откутюр. И элемент узнаваемый. Котина мама сразу угадывала контуры котиной работы, открывая свой шкафчик с рукоделием. Ни одного целого отреза ткани там, обычно, не оставалось. И все потенциальные юбки, блузки и брюки, хранящиеся в виде ткани в ожидании того времени, как котина мама найдет время себе их сшить, уже являли собой одну из трех любимых котиных моделей: жилетка, халат либо трусы.

Надо ли говорить, как счастлива была котина мама, имея такую талантливую дочь?

После очередной порки беседы, посвященной теме дизайна одежды, Котя решила. что текстиль - это не ее сильная сторна и увлеклась вязанием. Лучше всего у нее получались носки для кошек. К концу месяца в городе босых кошек не осталось, и Котя вместе с родителями переехала на новое место жительства - в Монголию.
( Тут просто про хорошего человека дальше.  )

@@@


Я к чему это все писала. К тому, что вы меня извините. что я на комменты не отвечаю. Это временно. Я тут платье дочери шью. Королевское. Завтра у нее день рожденья, а надевать бархатный брючный костюм Котюня отказалась, мотивируя это тем, что МАМА платье СШИТЬ обещала. Вот. Зашиваюсь я тут.

Эх! Где мои двенадцать! Чудный возраст, когда грудь уже растет, а волосы под мышками - нет. Когда ноги уже длинне туловища с головой, а прыщи еще не появилилсь. Когда мальчики пишут в записках стихи, но еще не щиплют за задницу. Когда самая крупная неприятность - двойка за контрольную...

И была трава зеленее, небо голубее, мороженое полезней, да настолько, что поправиться от него было практически невозможно. Только простудиться. Если постараться. ( Зато теперь я простужаюсь безо всяких усилий! )

Справедливости ради надо заметить, что Котя не всегда была блондинкой.

До полутора лет котину лысину полировали масляным раствором витамина "А" и покрывали... нет, не лаком. А покрывали бесподобной косыночкой с цветами маковыми. А для пущей убедительности окукливали ребенка при помощи кружева и розового атласа.

Молодая мать выйдет, бывало, с Котей в колясочке - собой нарядная, дзинтарсом пахнущая, сапожки итальянские на шерстяной носок, воротник из норки. Так ей долго долго прохаживаться не надо было, сразу желающие выразить свои восторги находились. Коте козу сделают, за ленточки алые подергают и давай к родительнице яйца подкатывать:
- Ах, какой у вас чудесный сын!
- Да это же девочка!
- Гм, ой, да? Какая интересная у девочки внешность. Ути-пути...

Котя этих кандидатов на пересадку мозга рассматривала взгядом Зои Космодемьянской и на провокации не поддавалась: улыбалась только служебным собакам. Поэтому мама решила, что Коте с ее характером и интересной внешностью прямая дорога в аспирантуру. И стала соответственно дочь к этой перспективе готовить.

@@@

Для начала Котю научили ходить. Умненькая девочка долгое время пыталась откосить, понимая, что успехи на этом поприще лишат ее личного транспорта, но коварство родителей не знало пределов. Какое-то время Коте удавалось притворяться одноногой табуреткой: она научилась падать с деревянным стуком сразу, как лишалась поддержки. Но затем ей в руки попала палочка, за которую очень удобно было выгуливать родителей. Котя двумя лапками за палочку держалась и согнутую мамушку на этой палочке за собой водила. Пока не оказалось, что это мамушка водит Котю, причем за нос: оглянувшись однажды на родительницу, Котя последней не обнаружила. Мамушка стояла в пятнадцати метрах и ласково Коте платочком махала. От досады и злости на себя Котя плюхнулась на кружевной зад и стала есть грязь.


Еще хуже обстояло с речью. Котя начала говорить еще до того, как определилась ее карьера, поэтому внезапное молчание могло повлечь за собой семейный визит к психиатру, что Котей рассматривалось как крайний вариант. Поэтому Котя начала картавить.
- Мамоська, посмотъи какая мулыська!- лепетала Котя показывая на собачку.

- Вы заикаетесь?- спросила логопед у молодого отца в зеленой нейлоновой рубашке с кружевным свертком в руках. Не получив ответа, она обернулась к его спутнице:
- Тогда, наверное Вы? Пусть папа с мальчиком подождет в коридоре, а вы подойдите к свету...
- Это девочка. Мы, собственно, по этому поводу и пришли...
- Д-девочка?! П-понимаю. Значит, отец онемел сразу, как вы из роддома выписались?
- Да нет же. Это ребенок перестал выговаривать "р" после того, как грязи наелся.
- Грязи? - заволновалась тетушка. - Как можно было допустить чтобы грязь ел грудной ребенок?
- Гъюдной ебенок! - укоризненно подтвердил кружевной сверток , после чего логопед исполнила партию одноногой табуретки.

@@@

Как только Котя твердо стала на ноги, родители совершили следующую подлость. Под видом развлекательного меропиятия ей показывали кубики с набором бессмысленных знаков и предлагали запомнить, как эти кубики называются. Коте не составило никакого труда запомнить, что зеленый целлулоидный кубик с отгрызенным уголком родители любят называть "Ы", а красный в пятнах от лака для ногтей - "ё". Некоторую трудность представляло отличить "З" от "В", потому что они были нарисованы на совершенно одинаковых кубиках. Но вымочив "В" полчаса в горшке, Котя навсегда решила и эту проблему.

@@@

Радости родителей вундеркинда не было предела. Забывая за педагогическими успехами ежедневно мазать пространство под косынкой витамином "А", эти макаренки упустили тот момент, когда из-под ткани заколосилась челка. "Может, еще потемнеет", - надеялись пращуры, но зря. Отрастив к трем годам недурственные косы, Котя твердо заявила о своем намерении оставаться блондинкой.

"А вот и хуй!"- подумала на это котина мама и предприняла отчаянную попытку исправить положение, научив Котю в три года читать.
- Мэ и А - что получится?- спрашивала она строго у обладательницы косичек.
- Ма-а-а, тянуло чадо.
- Шэ и А - что получится?
- Ша-а-а. - Косички норовили завязаться узлом под подбородком или запрыгнуть Коте в зубы.
- А если соединить это вместе?
Обсосанная косичка вываливалась из рта, лицо принимало оловянное выражение, а Котя в это время пыталась вспомнить, что там было пятнадцать минут назад в первом слоге. Поискав ответ в глазах у мамушки, Котя тяжело вздыхала и с обреченно выдавливала:
- Шамушу!

Финал занятий был одинаков. Подклеенная в нескольких местах азбука летела в один угол, Котя, закусив косы, улепетывала в другой, а мама хваталась за валерьянку. После очередного занятия, азбука и вовсе развалилась, поэтому Котя с чистой совестью повырезала из нее картинки и обклеила ими мамино трюмо.

Так что к трем с половиной годам Котю официально признали блондинкой и с глупостями больше не приставали. Книжки с картинкам убрали повыше до достижения Котей половой зрелости.

Освободившееся от занятий время Котя посвятила уединенному чтению "Справочника врача женской консультации", в котором отсутствие картинок компенсировалось увлекательнейшим сюжетом... И еще довольно долгое время котины медитации над книгой не вызывали подозрений...

Наступила лето и в наши края приехала Матаха. Жопа моя заныла, предчувствуя приключения. Я - солидная мать семейства с вековыми моральными устоями и незыблемыми бытовыми традициями совершенно не умею сопротивляться этому сгустку беспечной но весьма привлекательной протоплазмы. Я не о жопе. Я о Матахе.

Хотя жопа у меня тоже ничего.

( И мне есть, от чего содрогнуться, когда моя дверь расспахивается и на пороге появляется Она. )

Муж котин - образец для подражания другим мужчинам. Потому что когда другие мужья, которые не котины, говорят своей драгоценной супруге в минуты близости: "Дорогая, ну ты и корова стала!" - это повсеместно становится причиной семейных скандалов и создает почву для процветания женской проституции. Котина сильная половина, напротив, обращается с Котей с пиететом, что самым приятным образом сказывается на питательности тихих семейных ужинов.

Поедаемый в такой благолепной тишине и совиньоне хек, навел однажды Котю на вечные вопросы: "отчего люди не летают?" и "кто сожрал последний кусок хлеба?". Впрочем, ответ на первый вопрос уже сыто рыгнул и откинулся на спинку стула. А в ответе на второй остро нуждалась остывающая подлива, которую Котя вожделела вымакать со своей тарелки хрусткой поддатливой корочкой батона, после чего со вкусом облизать каждый свой пальчик, который эту самую корочку держал... В общем, тяжелый взгляд котиных очей вдавил мужа в угол кухни как окурок в пепельницу:
- Ты уже сколько размеров брюк поменял? - как бы издалека спросила Котя.
- Последнюю неделю я хожу на работу в одних и тех же джинсах, а что? - поинтересовалась сильная котина половина.
- А то, что тебе мучное на ночь вредно... - вздохнула Котя и стала подтирать тарелку языком.

На следующий день Котя получила в подарок новенький глянцевый Женский Журнал. Гламурные барышни шеголяли на его страницах в бикини, демонстрируя бедра неопороченные целлюлитом . Нездешней красоты стройные станы, вызывая немые стоны, колыхались на вешнем ветру,  ресницы выгибались над бездонностью внутреннего мира, а отшлифованные коготки выцарапывли в котином кровоточащем сердце максиму:
ТАКОЙ ДОЛЖНА БЫТЬ НАСТОЯЩАЯ ЖЕНЩИНА!
Далее невыразительными буквами на фоне ярких реклам перечислялись способы достижения подобной привлекательности.

Котя сбегала на кухню, соскоблила пригоревший ужин от плиты и с полной отдачей предалась мазохизму, расположившись с журналом перед зеркалом...Может кто и не увидел бы связи между двумя такими разнородными явлениями как тихий семейный ужин и Женский Журнал, но не Котя с ее сверхъестественным чутьем на намеки. С первых же строк издатели дали понять читателям, что котина внешность является идеальным объектом для крупных капиталовложений: форма ее ушей, ноздрей и ягодиц требовала неотложной пластической операции, а трансплантация волос и ногтей была необходима просто по жизненным показаниям. Еще через 20 страниц выяснилось, что в не самых тяжелых случаях можно ограничиться элементарными мерами:лазерным пилингом, каланетиком, липосакцией и клизмой. Котя ободряюще улыбнулась своему отражению и добавила в список пункт "посещение стоматолога-протезиста".

Тихим семейным ужинам наступил закономерный пиздец, поскольку после положенного за день количества процедур красоты и тренировок тела Котя вваливалась домой и с порога томно шептала мужу: " Дорогой! Я о еде даже слышать не могу". На что Дорогой сурово кивал и одиноко шел в кухню трамбоваться бутербродами. В это же время Котя просачивалась в супружеское ложе, где принимала стратегическую позу :"Не влезай- убью" в свирепом нижнем белье цвета "Интим не предлагать". В этой же позе она моментально и беспробудно засыпала, автоматически подергивая пяткой в сторону паха мужа, пытающегося избавить ее от белья.

Черездве недели такого существования домашний интернет-трафик втрое превысил стоимость всей новоприобретенной котиной косметики, а на третью пробил потолок семейного бюджета и вышел на околоземную орбиту...По-видимому Котя должна была радоваться, что муж не прибегает к услугам проституток, но Котя почему-то огорчалась, обнаруживая благоверного у компьютера в три часа ночи. И грянул гром...

В разгар рабочего дня котиному мужу позавонил мобильник и голосом жены буднично сообщил:
- Привет,Дорогой! Ты где? А у нас тут утюг сломался. Ну как-как: упал об стенку и разбился. Починишь? Ага, ага. Надо еще микроволновку отремонтировать. В нее тостер попал.Что? Нет, тостер чинить не надо,я его уже выкинула. А ты когда домой? Ага, купишь по пути одноразовой посуды? А то те два сервиза, что твоя мама подарила тоже одноразовыми оказались...Я их уже подмела. Ну ладно, до встречи. Да, кстати, зачем ты мне притащил это занимательное чтиво для самок? Бараньи ребрышки там, рецепт, ага, на ужин хотел, чтобы я приготовила... Ну приходи сегодня пораньше домой. Не, я к стоматологу-протезисту сегодня не пойду. Я тебя уже на завтра к нему записала...

Если верить котиной маме, любимые занятия её дочери в сознательном возрасте - это "толочь говно в ступе" и "плавать, как дерьмо в проруби". В бессознательном возрасте Котя, согласно семейному преданию, использовала экскременты более творчески: для росписи собственной колыбели и прилегающего ландшафта. Однако как только младенца приучили к горшку, свободный доступ к свежему калу перекратился. Вот так, родительским произволом отдельно взятых родителей, завяло целое направление в изобразительном искусстве постомдернизма!

Котя считала, что толочь говно в ступе - занятие приводящее к просветлению, а котины пращуры считали, что просветлиться Котя сможет только в том случае, если будет регулярно принимать душ, убирать в своей комнате, учиться на "отлично" и еще 264 пункта. Вполне возможно, что именно поэтому Котя уебала из отчего дома, как только ей предоставилась такая возможность. Она так спешила, что перепутала названия факультетов, когда поступала в университут, и вместо филфака (что было бы для Коти естественным, так как позволяло "плавать как дерьмо в проруби" за казенный счет), подбитым НЛО спикировала на приемную комиссию фиЗфака.

Когда Котя поняла свою ошибку было уже поздно. Она сидела напротив мегеры с кафедры методики преподавания физики и астрономии, и голубея глазами, призавалась , что "всегда мечтала стать учителем, все равно какого предмета". Тетка, которая знала физику еще хуже, чем Котя, прослезилась и даже не взгланув на задачу, в решении которой абитуриентка использовала весь запас известных ей формул, посоветовала приемной комиссии "эту девочку непременно сделать физиком"! Как она догадалась, что Котя еще девочка -загадка, но устранять сей мелкий котин дефект предстояло всему педагогическому коллективу.

По этому поводу свой осьмнадцатый день рождения Котя отметила рекордным количеством вызубренных формул и выпитого кофе. В то время, пока гости всю ночь пожирали именинное оливье, котина рука выводила среднеквадратичное значение отклонения охуения, согласно инструкции лабораторной работы №13. Предыдущие двенадцать были отмечены в журнале Бабушки Червенчук жирными точками, что означало недопуск к зимней сессии и угроза для Коти остаться девочкой навеки. Престарелая блондинка арийских кровей - Бабушка Червенчук - унаследовала от своих предков редкий цинизм и неистребимый запах газовых камер. Похрустывая своими невероятно длинными пальцами она каждый раз с наслаждением констатировала:
- Девочка! - Это она так дразнилась, - девочка! Вам надо было поступать на какой-нибудь факультет...мн, мн... скажем, эстрадно-танцевального направления...мн, мн... на филфак!

Котя отчетливо осознавала, что пергидрольные кудри желают ей только дорбра, но в самом сладком котином сне эти кудри летели в разные стороны в кровавых брызгах, язык священной Бабушки всея физического факультета вываливался и опухал, а бледные глаза выкатывались и багровели, пытаясь разглядеть последнее в жизни физическое явление: раскаленную добела Котю, сжимающую старушечье горло... Досмотреть, чем дело кончилось Коте не удалось. Сокамерники растолкали сомлевшую приговоренную и расчистили путь к лобному месту. Котя села перед преподавательницей и сложила руки на коленях. Голову полагалось опустить и взглядом с бешеной бабкой не встречаться. Многим такое поведение получить зачет по лабораторной помогало, но только не в котином случае. После длительной паузы бабуля вкрадчиво замурлыкала:
- Что это вы, милочка, мне в глаза не смотрите? Молчите? Так я Вам скажу: работу ведь вы у Бабаева Ильяса содрали!

От такой несправедливости котино горло судорожно сжалось и вместо ответа получилось какое-то всхрюкивание. Все знали, что Бабаев самостоятельно мог писать только пулю в преферансе. Он даже, получая стипендию, напротив своей фамилии крест ставил. А лабораторную работу ему Котя свою дала - "результаты сравнить". Слезы закапали с кончика котиного носа на сложенные руки, а внезапно открывшийся насморк сделал котино состояние совершенно плачевным. Бабушка Червенчук приподняла свой костлявый круп над преподавательским стулом и, упираясь ломкими пальцами в журнал, нависла над Котей аки возмездие над Гоморрой.
- Не. За. Чет. - отчекаканил неожиданно звонко старческий голос.
- Людмила Григорьевна! Ну поставьте ей зачет! Она хорошая! - заволновалась группа. Общий хор перекрыл бабаевский хриплый бас:
- Лудмир Гирьигорэвна! Пастав ей зачёт! Она вчера на свой день рожденья был!
Наступившую тишину Ильяс расценил как поощрение к дальнейшему героизму, и чтобы сделать свой вклад в спасение Коти весомее, он добавил:
- БилЯ буду, я сам видэл!

Резиновая мордочка преподавателя сложилась складочками , а лицо прорезала прямая линия от уха до уха. Студенты предоплагали, что это мимическое извращение означало у Бабушки Червенчук улыбку.
- Подойдите сюда, девочка - ласково обратилась она к Коте. Я еще раз погляжу Вашу работу.

И замерла последняя осенняя муха, и остановился песок в песочных часах, не долетел до плинтуса падающий индекс Доу-Джонса... В загустевшем времени Котя с трудом преодолела полтора метра до вздымающейся арийской руки с красным фломастером и подсунула под нее тетрадку с результатами лабораторной работы номер тринадцать.

"НЕУД - вывела рука по диагонали на развороте клетчатой страницы. Акции "Майкрософта" подскочили в цене, песочные часы аккуратным движением спиздила лаборантка, а последняя осенняя муха с размаху въебалась в подоконник. Продублировав эту запись в журнале, ведьма обратилась к Бабаеву с воспитательной речью:
- А Вам, Ильяс Данилович, чтобы неповадно было вследующий раз разгильдяев выгоражвиать - Не. За. Чет!


Это событие Котя восприняла как руководство к действию. Жопу рвать на германский крест было уже бессмысленно. "Неуд" по лабораторной приравнивался к автоматическому отчислению без права восстановления, потому что история не знала примеров, когда кому-нибудь удавалось исправить двойку в журнале Бабушки Червенчук. Освободившееся время Котя посвятила двум своим любимым занятиям, ну вы уже догадались каким. И хотя эта юная особа больше не надеялась сделаться физиком, у нее появилось гораздо больше возможностей для того, чтобы перестать быть девочкой.

Появившись за два дня перед сессией на зачете по лабораторному практикуму, Котя нагло достала зачетку и положила ее Бабушке Червенчук на стол. Людмила Григорьевна вдохнула побольше воздуха, расправляя этим движением блузку на вогнутой груди, и, расплываясь в своей любимой ужимке, протянула:
- Дееевочка...
- Я уже не довочка, тихо перебила ее Котя. И, мило краснея, опустила глаза.
- Надеюсь не дожить до твоего выпуска, - напутствовала старушка Котю, возвращая зачетку.
- Доброго вам здоровья и долгих лет!, - благодарила Котя преподавателя, пятясь к выходу.

В наказание за свою злоебучесть Бабушка Червенчук до Котиного выпуска -таки дожила и громко скрипела зубными протезами на вручении дипломов. А Котя с дипломом физика теперь работает инструктором по плаванью. В проруби.